Поправки в Законе о свободе совести в части заключения трудовых договоров. Комментарий руководителя Юридической службы Московской Патриархии инокини Ксении (Чернеги) 
     
Русская Православная Церковь
Московский Патриархат
Московская Епархия
ЮГО-ЗАПАДНОЕ ВИКАРИАТСТВО
ГОРОДА МОСКВЫ
Воробей воробья заманивает в западню: и грешник подобного себе вовлекает в глубину зол.
(Св. Ефрем Сирин)
 
ОБЩЕЦЕРКОВНЫЕ ДОКУМЕНТЫ
 
ГЛАВНАЯ
ОБЩЕЦЕРКОВНЫЕ
  ДОКУМЕНТЫ
МЕЖСОБОРНОЕ
  ПРИСУТСТВИЕ
НОВОСТИ
ПРАВЯЩИЙ
  АРХИЕРЕЙ
ВИКАРИЙ
СТРУКТУРА
  УПРАВЛЕНИЯ
БЛАГОЧИНИЯ
МОНАСТЫРИ
ХРАМЫ
  ВИКАРИАТСТВА
ПРОГРАММА 200
ОФИЦИАЛЬНЫЕ
  ДОКУМЕНТЫ
ВЕСТНИК
  ВИКАРИАТСТВА
КОНТАКТЫ
ССЫЛКИ
 

12.07.2013

Поправки в Законе о свободе совести в части заключения трудовых договоров. Комментарий руководителя Юридической службы Московской Патриархии инокини Ксении (Чернеги)

7 июня 2013 года Президентом РФ был подписан закон № 119-ФЗ, предусматривающий внесение в Закон о свободе совести поправок в части заключения трудовых договоров. Текст поправок комментирует инокиня Ксения (Чернега), руководитель Юридической службы Московской Патриархии.

— С чем связано принятие закона?

— Собственно, законопроект был внесен в Государственную Думу в прошлом году Законодательным собранием Республики Татарстан. Затем, ввиду отрицательного заключения профильных Комитетов ГД, текст законопроекта был существенно откорректирован, а сам законопроект был заново внесен в Думу группой депутатов.

Законопроект, по существу, устанавливал обязанность религиозных организаций заключать трудовые договоры. В его принятии, главным образом, была заинтересована Республика Татарстан. Почему-то сложилось устойчивое мнение о том, что трудовой договор может быть использован как инструмент борьбы с терроризмом. Идея заключалась в следующем: трудовой договор, после введения обязательности его заключения, выступит в роли весомого доказательства экстремистской деятельности не только члена руководящего органа общины, но и самой общины.

Согласно ст. 15 Закона о противодействии экстремисткой деятельности, в случае, если руководитель или член руководящего органа религиозного объединения делает публичное заявление, призывающее к осуществлению экстремистской деятельности, без указания на то, что это его личное мнение, а равно в случае вступления в законную силу в отношении такого лица приговора суда за преступление экстремистской направленности соответствующие религиозное объединение обязано в течение пяти дней со дня, когда указанное заявление было сделано, публично заявить о своем несогласии с высказываниями или действиями такого лица. Если соответствующие религиозное объединение такого публичного заявления не сделает, это может рассматриваться как факт, свидетельствующий о наличии в его деятельности признаков экстремизма.

Авторы законопроекта очевидно рассчитывали на то, что в случае его принятия, при возбуждении уголовного дела за осуществление экстремистской деятельности в отношении конкретного лица, состоящего в трудовых отношениях с религиозной организацией, появится возможность с помощью трудового договора доказать его членство в руководящем органе религиозной общины. В таком случае появятся основания для ликвидации общины в целом.

Однако на практике существует масса способов прекратить трудовые отношения «задним числом». Поэтому даже при наличии трудового договора между муллой и религиозной общиной, факт членства муллы в руководящем органе общины на момент совершения уголовного преступления экстремисткой направленности вряд ли будет совершенно очевиден.

Выступая против закрепления в законе обязанности религиозных организаций заключать трудовые договоры, мы пытались донести нашу позицию до депутатов. Однако, профильный Комитет ГД все же не сразу принял предложенную нами поправку.

Тем не менее, в конце концов, редакция законопроекта был изменена с учетом позиции Русской Православной Церкви. В результате принятый закон, хотя и не декларирует, как прежде, «право» религиозных организаций заключать трудовые договоры, однако не устанавливает и обязательности их заключения.

— В некоторых СМИ все же содержится иная информация — о том, что новый Закон обязывает религиозные организации заключать трудовые договоры со священниками. Как Вы оцениваете такую позицию?

— Это недостоверная информация. Согласно п. 1 ст. 24 Закона о свободе совести в новой редакции религиозные организации заключают трудовые договоры с работниками только в случаях, предусмотренных их уставами.

При этом уставы епархий, приходов, монастырей и подворий Русской Православной Церкви не предусматривают случаи заключения трудовых договоров со священнослужителями. Поэтому епархии, монастыри, приходы, подворья, а также другие канонические подразделения Церкви не заключают и не должны впредь заключать трудовые договоры со священнослужителями (в том числе, настоятелями, клиром, диаконами).

Вместе с тем, священнослужители имеют необходимые социальные гарантии. Согласно пункту 4 статьи 24 Закона, а также уставам канонических подразделений Церкви, священнослужители, наряду с работниками, подлежат социальному обеспечению, социальному страхованию и пенсионному обеспечению в соответствии с законодательством Российской Федерации.

— Почему все же Церковь выступила против законодательного закрепления обязанности заключать трудовые договоры со священниками? Нет ли в этом нарушения их конституционных прав, — например, права на труд?

— Но ведь есть еще и другое конституционное право — на свободу совести и свободу вероисповедания… Кроме того, никто не запрещает священнику трудиться — например, в качестве педагога образовательной организации.

Однако, служение священника в Церкви не может рассматриваться как вид трудовой деятельности. Обязанности священника при осуществлении пастырской деятельности, при совершении церковных таинств, богослужений — это не трудовые обязанности.

Вообще, ни государственное законодательство, ни государственные органы не могут вмешиваться в вопросы богослужебной и иной пастырской деятельности священников, их назначения, замены, избрания на должности.

В новом законе подчеркивается, что назначение и замена священнослужителей и другого религиозного персонала (включая регентов, алтарников, свещниц и др.), определение условий их деятельности осуществляются религиозными организациями в порядке, предусмотренном внутренними установлениями религиозных организаций. Очевидно, что трудовой договор не относится к разряду таких внутренних установлений.

Согласно новому закону требования к священникам и религиозному персоналу, в том числе в части их образовательного ценза, также устанавливаются самими религиозными организациями в соответствии с их внутренними установлениями. Это означает, что квалификационные требования к священникам и религиозному персоналу не могут быть установлены приказами Минсоцразвития. Священник-это не профессия. Соответственно, должность священника, настоятеля отсутствует в Едином квалификационном справочнике должностей руководителей, специалистов и служащих.

Кроме того, в случае распространения на священнослужителей норм трудового законодательства, могут возникнуть абсурдные, по существу, ситуации.

Так, согласно ст. 21 ТК работнику принадлежат:

  • право на объединение, включая право на создание профессиональных союзов и вступление в них для защиты своих трудовых прав, свобод и законных интересов;
  • право на разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров, включая право на забастовку, в порядке, установленном ТК, иными федеральными законами.

Данные права, очевидно, не могут быть реализованы священнослужителем в религиозной организации как противоречащие внутренним установлениям последних. Например, священнослужитель Русской Православной Церкви находится в каноническом подчинении епархиальному архиерею и в этой связи не может (с целью защиты своих прав священнослужителя) организовывать или вступать в профсоюзы, равно как организовывать забастовки и участвовать в них.

Отмена этих запретов и распространение государственного законодательства на внутренние отношения между священниками и епархиальными архиереями как высшими должностными лицами приходов, монастырей и подворий, приведет к нарушению принципа невмешательства государства во внутренние дела религиозных объединений и, как следствие, — важнейшего конституционного принципа отделения религиозных объединений от государства. Религиозные объединения должны осуществлять свою деятельность в соответствии с собственной иерархической и институционной структурой и государство не может здесь диктовать свои нормы и правила.

Патриархия.ru


  Официальный сайт Русской Православной Церкви / Патриархия.ru Православие.Ru Православие и мир Общецерковная аспирантура телеканал Союз Отдел внешних церковных связей (ОВЦС) Центр образования священников при Новоспасском монастыре Милосердие.ру Финансово-хозяйственное управление МП Московская (городская) епархия   119334, г. Москва, Андреевская набережная, д.2
Андреевский ставропигиальный мужской монастырь
Почта: uzvicar@mail.ru   Телефоны: 8(963)770-10-30, 8(499)135-70-91
  © 2013 Юго-западное Викариатство города Москвы
11709141